Как языковой барьер мешает бизнесу

Яна Герасимович, управляющий отдела подбора персонала школы британского языка Skyeng, разъясняет, почему неведение британского языка и отсутствие активного внедрения этих познаний в отдельные нюансы проф деятельности ограничивают способности вашего бизнеса, закрывая от вас зарубежные рынки сбыта
«Нам британский не нужен» — одна из самых нередких фраз, которые мы слышим. Она почти во всем не лишена смысла: по данным OMI Russia, только 11,8 % опрошенных россиян часто молвят по-английски. Ну и те в главном употребляют язык не для работы, а для общения в турпоездках и просмотра телесериалов.
Но часто те, кто уверен, что британский им не понадобится, сталкиваются с барьерами в работе и развитии бизнеса. Время от времени это становится шоком для компаний либо вызывает недоумение. Как неведение британского может помешать бизнесу и что с этим делать?

Трудности выхода

1-ое и главное, в чем помешает неведение британского — работа на зарубежных рынках. Это разумеется, но не многим приходит в голову, что с таковой неувязкой могут столкнуться не только лишь технологические стартапы, да и маленькие компании. К примеру, конкретно так и вышло с digital-студией «Сделаем».
Предыстория от основоположника студии Павла Смолянова: «Некоторые из наших клиентов желают маркетинговые публикации не только лишь в русских СМИ, да и в забугорных. С одним клиентом мы согласились испытать, предупредив, что никогда такового не делали, и вообщем наш британский не очень».
Но по словам Павла, перед студией появились две огромные трудности. Оказалось, что не зная британского, нереально условиться о размещении материала в СМИ. Редакциям необходимо верно разъяснить, почему та либо другая статья будет увлекательна аудитории, уверить их в этом. А это не так просто, когда твоего британского хватает лишь на фразу: «Hello, can you public our article?»
2-ой неувязкой стал контроль свойства контента. Павел признается: «Когда создатель пишет статью на российском, я могу что-то подправить, узреть ошибки и плохие формулировки. На британском я понимаю только общий смысл статьи, но не вижу заморочек в ней».
В конечном итоге от проекта пришлось отрешиться. Студия возвратила средства клиенту, а Павел решил, что забугорный рынок пока закрыт для него. На данный момент Павел учит британский с репетитором, чтоб через год снова попробовать покорить зарубежный рынок.
Производителю одежки Bows And Tulle в работе за рубежом подфартило больше. Компания получила заказ от девицы из Флориды. Клиентка заказала юбку, ее стремительно отшили и выслали в США. И только когда посылка приехала к хозяйке, оказалось, что все это время женщина ожидала платьице, а не юбку. Оказалось, что женщина проигнорировала описание продукта и слово skirt, то и дело встречавшееся в переписке.
Возвращать продукт и заваливать веб негативными отзывами клиентка не стала — в целом она осталась довольна заказом. Но в Bows And Tulle сообразили, что при работе с иноземцами и неплохой британский, и четкие, отлично взвешенные, формулировки важны как нигде.

Сбавьте обороты

Экспорт — хороший метод нарастить обороты, но без неплохого британского у служащих компаний навряд ли получится это сделать. Все же, многие из их пробуют вести торговлю с иноземцами, зная только российский, ведает основоположница площадки B2B-export Екатерина Дьяченко.
«Особенно трудно с английским языком в машиностроительной отрасли. Практически все предприятия есть еще с русских времен, когда экспортом занимались министерства и внешнеторговые организации» — отмечает Екатерина. Потому большая часть из их просто не понимают правил игры и не могут верно обрабатывать заказы от иноземцев.
Часто встречающаяся неувязка в том, что в ответ на экспортный заказ предприятие выставляет коммерческое предложение с подписью и печатью директора на российском языке в нередактируемом формате. Забугорный клиент при всем этом лишается всякой способности перевести документ и осознать, о чем речь идет в нем.
Пару раз сотрудники B2B-export помогали клиентам с переводами коммерческих предложений. Да и это не выручало ситуацию. Екатерина вспоминает: «Мы делали отгрузку оборудования для газовой электростанции. Когда мы приехали на приемку и открыли ящики, оказалось, что все — детали, лейблы, аннотации по эксплуатации — было на российском языке. И это для сложного оборудования в з
абугорном заказе».

Отказываюсь сотрудничать

Не достаточно кому захочется переводить аннотации к приобретенному оборудованию либо звонить поставщику и всякий раз натыкаться на недопонимание служащих. Это замедляет все процессы и порядком раздражает. Потому партнеры в какой-то момент начнут разбегаться от компании, в какой не молвят на британском.
По данным The English Margin, 81 % компаний думают о прекращении сотрудничества с партнерами, имеющими малый уровень владения английским посреди работников.
«Я отказываюсь сотрудничать с русскими предприятиями, у каких нет ни 1-го спеца, понимающего британский язык» — признается Екатерина Дьяченко. По ее словам, экспорт при таких критериях неосуществим, а означает нет никакого смысла даже браться за проект.
Это нередко вызывает недоумение со стороны компаний. «Они задумываются, что делают все верно и даже не думают об обучении собственных служащих британскому языку» — гласит Екатерина.
При всем этом почти всегда компаниям не надо нацеливаться на Advanced и учить все и сходу. По воззрению Екатерины Дьяченко, для начала хватит письменного британского на среднем уровне и припаса проф лексики. Это позволит готовить документацию и коммерческие предложения и вести переписку с партнерами.

Неученье

В почти всех отраслях сейчас познание британского — синоним проф развития и карьерного роста. И речь не только лишь про несчастных IT-специалистов, которым необходимо повсевременно обучаться и у каких нет времени ожидать, пока профессиональную литературу переведут на российский.
По данным Skyeng, спецы с неплохим английским нужны в сфере услуг для бизнеса, розничной торговли, финансовом секторе, электронике, СМИ и других отраслях. В ТОП-10 профессий, которым нужен британский, входят менеджеры по работе с клиентами, спецы службы саппорта и даже инженеры-производственники.
«Многие русские предприниматели и спецы, решившие продолжить карьеру на международном уровне, обязаны пойти обучаться. Им нужна магистерская степень южноамериканского либо евро университета» — ведает ректор Российско-Американского института Вадим Шабельников.
Обычно, их уровня британского не хватает для поступления в зарубежный Университет. Соосновательница каршеринга Belka Car Екатерина Макарова поведала, что абитуриенту необходимо подтвердить владение английским на высочайшем уровне: «Необходимый минимум — Upper Intermediate. Необходимо уметь стремительно читать и рассматривать литературу на британском языке. Я сдавала TOEFL, для подготовки прогуливалась к репетитору».
«Чтобы поступить, необходимо сдать GMAT — стандартный тест для поступающих в магистратуру либо на программку MBA — и языковой экзамен — TOEFL либо IELTS» — подтверждает Майя Кулябина, закончившая Бизнес-школу Института Амстердама в 2018 году.
Принципиальное условие: свободное владение бизнес-лексикой. Она нужна с самого начала учебы, в особенности для чтения статей. Вербальная часть экзамена GMAT также непростая и просит очень неплохого осознания языка. Поменять все эти познания шпаргалками и сервисами для проверки орфографии нереально.
Помехи учебе, уход партнеров и трудности с работой на забугорных рынках — только часть заморочек, связанных с неведением британского. Тем, кто не гласит по-английски и не учит этому служащих, труднее выпускать конкурентоспособные продукты и смотреть за трендами.
Обучение британскому увеличивает инновационность компаний, помогает им завлекать и задерживать служащих — считают предприниматели и HR-менеджеры. И даже если кажется, что у вас все в порядке с этими показателями, не стоит ожидать, пока потребность в британском станет вправду острой.
Помните: даже чтоб выйти на средний уровень, нужно несколько месяцев насыщенной учебы. А за этот период времени можно упустить много увлекательных способностей.