Сначала карьеры: Резвый старт, либо работа временно

Многие убеждены: для новенького стажировка в большой компании за рубежом чуть не наилучший метод получить практические проф познания. В 2005 году я получила таковой опыт в рамках стажировки в германском подразделении интернационального концерна Beiersdorf. Думаю, что мои воспоминания и мировоззрение о полезности стажировки, будут увлекательны принципиальным юным экспертам и выпускникам.
Проработав около 3-х лет в отделе продаж компании Coca-Cola Москва, в 2003 г. я решила продолжить образование в Европе. В МЭСИ моим вторым зарубежным языком был германский. Выбор пал на Германию.
Получив стипендию Германской службы академических обменов (DAAD), я отправилась в институт г. Гамбурга. Неотклонимым условием для защиты магистерского диплома была стажировка в интернациональной компании на местности Германии. Удачно пройдя все этапы отбора, я стала стажером Beiersdorf AG. Оказалось, что в почти всех подразделениях студенты-стажеры составляют более трети персонала! Причина ординарна: высочайшая оплата труда в ФРГ и значимые социальные отчисления побуждают компании к оптимизации штата. Потребность в персонале меж тем вырастает, и многие компании охотно берут стажеров. На веб-сайте хоть какой германской биржи труда открытых вакансий стажеров в куда больше, чем штатных должностей.
Стажировка — составная часть институтского образования в Германии. Естественно, не все институты выдвигают требование неотклонимого прохождения стажировки до получения диплома. А вот профессура всегда поощряет желание студента взять тайм-аут на семестр и попрактиковаться в фирме. Доктор Бодо Абель (Prof. Dr. Bodo Abel), мой педагог маркетинга и бизнес-этики из Института Гамбурга, гласил, что стажировка — безупречный метод отыскать постоянную работу.
Попасть в внушительную компанию не так просто: в Германии более педантично относятся к подбору персонала, чем у нас в Рф. Этот подход касается и стажеров. Кроме резюме необходимо предоставить работодателю целое портфолио, состоящее из мотивационног о письма, фото установленного формата, описания завершенных студенческих проектов, документально подтвердить владение зарубежными языками, успеваемость в средней школе и институте, также предшествующий опыт работы либо стажировок. После одного-двух промежных шагов отбора кандидата приглашают на интервью. Там в течение полутора часов приходится решать кейсы и обосновывать высшую мотивацию на британском и германском языках.
Тем, кто готов согласиться на фирму поординарнее, довольно заранее прислать по почте резюме с фото и копии аттестата, дипломов и советов. И малость подождать. Моя сокурсница Сабина Нильссон (Sabina Nilsson), проходившая стажировку в Гамбургском порту, вспоминает: «Я подала заявку наудачу — тогда компания не находила стажеров. Но в конечном итоге мне все таки предложили пройти шестимесячную стажировку.» Но стоит держать в голове: большие компании готовы платить стажерам 700 евро и больше, а маленькие компании — менее 400 евро (либо вообщем ничего).

Как развивают стажера?

За обучение и развитие проф способностей стажера отвечает его наставник. Итог впрямую находится в зависимости от его заинтригованности и от личного дела у «ученику». В отделе государственного маркетинга Beiersdorf AG, где работа со стажерами поставлена на поток, ментор каждые три-шесть месяцев получает нового стажера. Я, к примеру, была восьмым либо девятым по счету «учеником» Маркуса Кнауэра (Marcus Knauer), продакт-менеджера Nivea Hair Care.
У таковой «поточной» системы есть бесспорное преимущество — в наличии у компании есть стандартная система обучающих мероприятий. Она уже «обкатана» на прошлых поколениях стажеров. Я и мои товарищи прошли введение в форкастинг, category management, тренинги в медиа-агентстве, нас обучили воспользоваться базами данных.
С другой стороны, для наставника коучинг становится рутинным делом, «нагрузкой» к должностным обязательствам. Моя подруга, китаянка Эйми Шен (Aimee Shen) из Шанхая так вспоминает свои стажировки в узнаваемых германских компаниях: «Меня никак не поражало, что мои наставники и коллеги не всегда были готовы делиться познаниями. У их много работы — не будут же они посиживать и ожидать, пока я обращусь к ним с вопросом.» Схожая картина и в Beiersdorf. Наставник, стремясь сберечь свое время, сформировывает список легких стажерских обязательств и самоустраняется. Практиканта-новичка вводит в курс дела практикант-«старичок
», он же передает ему дела. Сначала стажировки мой предшественник Оливер Клаузинг (Oliver Klausing) в течение недели делился со мной загадочными секретами бронирования переговорных и поддержания базы данных с фото продукции.
Дальше коучинг заполучил нрав ad-hoc — ответов на вопросы в рамках уже делегированной «рутины». Маркус с готовностью в десятый раз разъяснял мне, как актуализировать стандартный запрос по базе данных для обновления каждомесячной статистики доле рынка, но никогда не выразил желания поведать о собственных собственных текущих проектах, целях и т.д. Я довольно стремительно сообразила, что у стажера не достаточно шансов получить те познания, за которыми он пришел.
В маленьких компаниях все напротив. Нередко наставник очень желает обучить, но не знает, чему и как. Это подтверждает опыт Сабины Нильссон: «Я была стажером в отделе маркетинга и связей с общественностью, а мой наставник, как ни удивительно, работал в отделе контроллинга. Он просто не знал, чему меня учить. Приходилось находить проекты самостоятельно». Если от наставника не приходится ожидать обмысленной системной поддержки, ставка делается на learning-by-doing. Проще говоря, стажер обучается в процессе выполнения порученных заданий. Идеализм придется откинуть: не они все будут иметь прямое отношение к специализации. Я, к примеру, 1-ые деньки стажировки провела, разъезжая на автомобиле по Гамбургу, жадная продукцию для укладки волос от соперников марки Nivea. Юрист Beiersdorf использовал пятнадцать ящиков укладочных средств, чтоб обосновать большой розничной сети, что новенькая упаковка их продуктов своей марки стала очень припоминать продукцию Nivea Hair Care. Нас, стажеров, тоже держали в курсе тяжбы. И я навечно запомнила, чем угрожает возникновение на рынке продукта-копии и что стоит делать в таковой ситуации. А у Сабины были и совсем экзотичные проекты: «Пришлось летать на вертолете над портом, чтоб сделать достойные фото для нашего нового веб-сайта.»

Помогите для себя сами

«Я ощущала себя на 70% профаном, когда начала работать в Berenger Bank. А ведь к этому времени у меня за плечами были две долгие стажировки в больших германских банках!» — удивляется Эйми Шен.
Ничего необычного. От стажера и не ожидают определенных бизнес-результатов либо проф роста. На финишной аттестации в Beiersdorf AG меня оценивали в главном по личным качествам (умение работать в команде, мотивация, аккуратность). И сам конец стажировки — быстрее, профориентация. Давая оценку, наставник вроде бы гласит: «Да, мы считаем, что личные свойства позволят Вам работать в сфере маркетинга потребительских продуктов.» либо: «Подумайте о других сферах деятельности».
Но ведь, тогда в 2005 г., для меня стажировка была возможностью получить проф познания и опыт. Что все-таки делать? Мой ответ: выходить за рамки стажерских заданий, проявлять инициативу и любознательность. Принципиально не погрязнуть в рутине глупых (но всегда «важных» и «срочных») поручений типа заказа булочек и научиться отделять главное от второстепенного. Хоть какой стажер может участвовать, пусть даже и в качестве наблюдающего, в оперативных встречах и еженедельных внутренних совещаниях по текущим проектам. Тут он — равный член команды, он вправе слушать, следить, задавать вопросы и получать на их ответы. Это неоценимая возможность «заглянуть через плечо» менеджера, чтоб осознать его цели, особенности работы и причины фуррора.
А еще для юного спеца либо выпускника стажировка — внушительная строчка в резюме, которая производит положительное воспоминание на возможных работодателей. В особенности на русских: в одной большой российскей фирме, занимающейся продуктами народного употребления мне, невзирая на мой тогда еще молодой возраст (25 лет), сходу предложили должность менеджера среднего звена, команду из 3-х служащих и вознаграждение в полтора раза выше обыденного. Увлекательная возможность. Но тогда я предпочла продолжить карьеру в известной интернациональной компании.